«Всем плевать»: как в кутузках реагируют на COVID-19

Бывшие заключенные посетовали «Газете.Ru» на маленький уровень исцеления коронавируса в местах лишения свободы. По их словам, в колониях почти все перенесли COVID-19, но лечились они продуктами, которые до пандемии им передали родственники. Наиболее того, заключенных с завышенной температурой сотрудники ФСИН не изолировали, списывая симптом (один отдельный признак, частое проявление какого-либо заболевания) на простуду. При всем этом проверить свойство исцеления заболевших недозволено, так как допуск в учреждения закрыт, заявили «Газете.Ru» правозащитники.

Основное

    В Рф выявили наиболее 850 тыщ случаев коронавируса

    В Рф упростили оформление пособий на деток от 3 до 7 лет

    «Вектор» именовал сроки пуска производства вакцины от COVID

    Собянин не ожидает в Москве 2-ой волны коронавируса

    Доктор именовал главную ошибку при коронавирусе

    Названы самые пользующиеся популярностью продукты у россиян в гипермаркетах

    Украинскую телеведущую избили и попробовали изнасиловать в поезде

    Скончался актер Уилфорд Бримли из «Нечто»

Читайте также

«Странноватый процесс исцеления»

Почти все заключенные не получают подабающей мед помощи в кутузках и СИЗО на фоне пандемии коронавируса новейшего типа. О этом «Газете.Ru» сказал правозащитник, вице-президент Русского подразделения интернационального комитета защиты прав человека, прошлый ответственный секретарь ОНК Москвы Иван Мельников.

Реклама

При всем этом правозащитников не пускают в учреждения для проведения проверок. «На данный момент согласно постановлению головного санитарного доктора ФСИН члены ОНК не имеют права доступа в места лишения свободы с проверкой критерий содержания. Общение проводится, лишь если придти лично к определенному заключенному. Для вас выводят человека в комнату короткосрочных свиданий и позже довольно сложное начинается общение — через трубку и защитный экран», — растолковал он.

Мельников выделил, что заключенный не может побеседовать с членами ОНК так, чтоб его лицезрели, но не слышали, как это написано в законе. Большая часть из их в колониях не готовы говорить о нарушениях санитарно-эпидемиологических правил при сотрудниках ФСИН, боясь давления, хотя конкретно эта информация и нужна правозащитникам.

«Те немногие коллеги, которые невзирая на условия пандемии продолжают работать, уделяют свое внимание на то, что сам процесс исцеления довольно странноватый. Даже в Москве в поликлинике, например «Матросской тишины», нет аппарата КТ (Компьютерная томография — метод неразрушающего послойного исследования внутренней структуры объекта). Как можно без этого осознать степень повреждения легких? При всем этом в медсанчасти УФСИН молвят, что если есть показания, то будут вывозить в штатскую поликлинику на обследование», — уточнил собеседник «Газеты.Ru».

По данной для нас причине заключенного могут госпитализировать, когда он уже будет находиться в предсмертном состоянии, отметил правозащитник. К еще наиболее худшему финалу могут привести непрозрачность системы исцеления и профилактики коронавирусной инфекции (Термин означает различные виды взаимодействия чужеродных микроорганизмов с организмом человека) в местах лишения свободы, также отсутствие публичного контроля, считает Мельников.

«Членов ОНК практически во всех регионах не пускают с проверками в СИЗО и колонии. Почему недозволено взять закупить средства защиты, костюмчики, обрабатывать их во время посещения? Таковая непрозрачность системы ФСИН может привести к плачевным последствиям. На нынешний денек никто не может сказать реальное число заболевших коронавирусом посреди заключенных. Члены комиссий просто лишены доступа — никто не понимает как реально проводят исцеление», — сказал прошлый член ОНК.

Он добавил, что правозащитникам часто поступает информация о большенный численности заболевших в кутузках, но проверить это нереально. Мельников выделил, что отсутствие подабающего ухода за заключенными может привести к тому, что они вновь станут нарушать закон.

«Наиболее того, необходимо отметить, что если заключенным не уделять подабающего внимания, то они будут выходить озлобленными и нездоровыми, не пойдут работать и возвратиться к противоправному промыслу. Принципиальный процесс — это ресоциолизация заключенных, неотъемлемой частью этого процесса является независящий публичный контроль. Чтоб люди не выходили из колоний в полуживом состоянии либо инвалидами. К огорчению, нынешняя статистика по возвращению в кутузки и жалобы в ЕСПЧ на несоблюдение прав заключенных неутешительна, и это указывает необходимость произведения реформ в системе ФСИН и системе публичного контроля», — заключил правозащитник.

Его слова подтвердила «Газете.Ru» и член Публичной наблюдательной комиссии по правам осужденных Прикамья и президент соцсопровождения организации «Выбор» Анна Каргапольцева. «Нас просто не пускают, мы не можем убедиться, что заключенные в обычных критериях содержатся, а тем наиболее в сохранности в критериях пандемии», — выделила она.

«Лечились своими силами»

Прошлый заключенный, который вышел сначала июля из колонии в Самарской области, сказал, что сначала распространения коронавируса по РФ (Российская Федерация — государство в Восточной Европе и Северной Азии, наша Родина) их колонию закрыли на карантин, в связи с чем свидания с родными и получение передач были временно приостановлены.

«У людей на данной для нас почве началась паника, так как мы все в конкретной близости. Никого не выпускали. Когда у кого-либо были симптомы (Симптом от греч. — случай, совпадение, признак — один отдельный признак, частое проявление какого-либо заболевания, патологического состояния или нарушения какого-либо процесса жизнедеятельности): температура, насморк и кто-то не ощущал запахов, у всех служащих была отговорка, что это рядовая простуда. Никого это не касалось. Все сбивали своими силами», — отметил собеседник «Газеты.Ru».

Наиболее того, по его словам, тестирование на COVID-19 началось поближе к маю — тогда в учреждение в первый раз приехали докторы. При всем этом анализ брали только у персонала колонии. «А у всех других нет. По моему воззрению, большая часть переболели, я и сам с температурой практически недельку прогуливался. Парацетамол наше лечущее средство было.

В случае температуры никого не изолировали — мы как жили в отрядах, так и жили. Люди спасались тем, что им когда-то привезли родственники. Если б не они, то и пилюль бы, наверняка, не было — никому не любопытно», — выделил он.

Он также уточнил, что у их в отряде был один тяжелобольной, за которым приехали докторы в особом обмундировании — это вызвало еще огромную панику. Его, по словам экс-осужденного, увезли в поликлинику, а потом сотрудники ФСИН объявили еще наиболее твердый карантин. Персонал около 2-3 недель находился в колонии, не покидая ее.

Тем временем анонимный источник из ФСИН объяснил «Газете.Ru», что уследить за всеми заключенными весьма трудно, ради 1-го заболевшего управление не будет завлекать докторов, так как «это быть может и не коронавирус».

«Ну сами сотрудники себя защищают, как надеть на всех их [заключенных] маски и перчатки? Обычно, если человеку уже совершенно плохо, то тогда вызываем докторов, а так, просто даем отлежаться, отправляем в санчасть, чтоб там дали пилюли», — уточнил собеседник.

Наиболее того, он выделил, что тестирование на коронавирусную заразу проходят лишь сотрудники учреждения, если у кого-либо возникли симптомы (Симптом от греч. — случай, совпадение, признак — один отдельный признак, частое проявление какого-либо заболевания, патологического состояния или нарушения какого-либо процесса жизнедеятельности). «Да если честно, всем плевать на заключенных, основное, чтоб не погиб никто», — заключил источник из ФСИН.

В свою очередь, «Газета.Ru» направила запрос во ФСИН для уточнения ситуации с нездоровыми коронавирусом. Но на момент публикации ответа от ведомства не последовало.

«Как как будто прокаженные»

Меж тем юрист Николай Лебедев сказал «Газете.Ru», что его подопечный, который сейчас находится в СИЗО Волгоградской области, посетовал ему и на исцеление. По словам клиента, в один денек у него поднялась температура, начался кашель и пропало чутье. Он сказал о этом сотруднику ФСИН, но реакции от него не последовало — он только надел маску и отошел от заключенного.

«Реакция была таковая, как как будто он прокаженный. Лишь спустя два денька к нему прислали доктора. Проведя тестирование, медик скоро подтвердил коронавирус, его срочно изолировали, но исцеления так и не последовало. Тогда, по словам клиента, о антибиотиках он мог лишь грезить», — отметил Лебедев.

О идентичной ситуации сказал и юрист Эмир Торгаев, который ведет дело в Магадане. Он произнес «Газете.Ru», что и его клиенту не подфартило с мед помощью в СИЗО.

«Это регионы, здесь совершенно всем наплевать. Он просто посиживал с кашлем, отлично хоть не с температурой. Когда его отпустили, мы сходу поехали на КТ (Компьютерная томография — метод неразрушающего послойного исследования внутренней структуры объекта). Представляете, у него поражение было около 40%, на снимке видно, где рубцы остались. У докторов шок, они спрашивали: «Как вы живые остались в таком состоянии?». Сейчас длинный период реабилитации нужен»,

— заключил юрист.

Но столичный заступник Инна Сорокина заявила, что в столице все не так плохо. По словам нескольких ее подопечных, которые переболели SARS-CoV-2, помощь от докторов они получили, хоть и запоздалую.

«Да, КТ (Компьютерная томография — метод неразрушающего послойного исследования внутренней структуры объекта) они не делают. Но помощь какую-никакую стараются оказать. Изолируют и вводят карантин по всему учреждению. Лекарства моим клиентам давали, также раз в день инспектировали их на ухудшение состояния», — поведала Сорокина в общении с «Газетой.Ru».

Источник: gazeta.ru

Добавить комментарий